Три княгини [= Белый шиповник ] - Наталия Орбенина

— Не может быть! Это просто удивительно! — восклицала княжна Татьяна Аркадьевна, узнав о том, что дело с девицей Астаховой пошло на лад. — И как же тебе все-таки удалось?

Разговор происходил в комнатах князя, обставленных самой изысканной мебелью, украшенной гобеленами, картинами в тяжелых рамах, изящными лампами и зеркалами, отражающими облик их несравненного владельца.

— Я показал ей самые заманчивые стороны этого брака, — ухмыльнулся Евгений, орудуя пилочкой для ногтей. В вороте распахнутой рубашки виднелась широкая мускулистая грудь. Даже папильотки в волосах не портили мужественного облика, придавая ему оттенок необычности и шарма. Княжна невольно залюбовалась своим милым мальчиком. Но последние слова заставили ее встрепенуться и подскочить, как от неожиданной боли.

— ?

— Она оценила их по достоинству. Да вы не беспокойтесь, дорогая тетя! — добавил Евгений, видя, как тетка залилась пунцовой краской. — Завтра все пойдет как по маслу.

Однако сам Верховский до конца не имел уверенности в благополучности исхода этой невероятной истории. Дикая сцена в доме графини стояла у него перед глазами, он снова и снова переживал все свои ощущения. А вдруг как дадут от ворот поворот да еще высмеют каким-нибудь грубым, хамским образом? Что тогда? Ну, тогда девица Астахова станет предметом самых грязных, низких сплетен, уж он постарается!

С такими мыслями о будущей суженой князь отправился свататься. Княжна не могла оставить своего питомца в одиночестве в такой ответственный момент и выразила желание сопровождать его.

— Князь и княжна Верховские! — торжественно провозгласил лакей в раззолоченной ливрее. Евгений вздохнул и на секунду зажмурился. Да и было от чего жмуриться! Все в этом доме сверкало, горело и блестело невероятным богатством и безвкусной роскошью. Двери распахнулись, и гости вступили в аляповатую гостиную. Хозяева, их дочь, а также родня и домашние приживалы, вероятно, уже давно томились в ожидании жениха. По красной физиономии отца Евгений понял, что тот уже пропустил с утра рюмочку, для храбрости. Еще бы, не каждый день князья дочку сватают! Мамаша барышни, круглая приземистая женщина, от волнения быстро хлопала выпуклыми глазами.

«Вот ты в кого такая уродилась, моя красавица!» — отметил про себя счастливый соискатель руки и сердца.

— Добро пожаловать, ваша светлость! Великая честь для нас принимать таких знатных господ в нашем скромном доме! — приветствовал гостей Астахов.

Верховские с достоинством поклонились и расселись в предложенные кресла. Князь встретился взглядом с Лидией. Выражение ее лица было спокойное, даже отстраненное.

— Не угодно ли чаю? — стараясь быть как можно любезнее, произнесла хозяйка. И тотчас же заметалась прислуга. Внесли серебряные подносы с чайниками, чашками и щедрым угощением. Горой лежали пирожные, свежайшие булочки от Филиппова, а также красовалась бутылка мадеры. Хозяева с удовольствием принялись поглощать все это гастрономическое великолепие. Княжна очень нервничала, так что с трудом проглотила первый кусочек. Возможные будущие родственники повергли ее в ужас безвкусием своих нарядов, невероятным изобилием дорогих украшений и нелепостью причесок. Сама себе княжна казалась просто воплощением аристократизма в этом диком собрании. Она с жалостью думала о том, как мучительно Евгению разглядывать свою избранницу, эдакое чучело, сидевшее напротив него с чашкой чая и оттопыренным пальцем, на котором играл огнями огромный бриллиантовый перстень. Евгений же и бровью не повел, он казался собранным и сосредоточенным на важном деле.

Откушав чаю, хозяин наконец спросил:

— Чем обязан, господин Верховский? Какая цель привела вас и вашу драгоценную тетушку в наш дом?

Купец лукавил. Он знал о цели визита, но надобно же подтолкнуть молодого человека, а то как передумает да, не дай бог, сбежит!

Евгений торжественно встал и произнес речь, которую продумал заранее.

— Почтеннейший Матвей Сидорович! Позвольте мне, в присутствии вашей многоуважаемой супруги, а также всех господ родственников, которых вы пригласили в столь знаменательный день, просить руки дочери вашей Лидии Матвеевны! Эта достойная во всех отношениях особа так поразила все мое существо, что я не мыслю продолжения своей жизни без того, чтобы не сделать ее своей супругой!

— Что скажешь, дочка? — купец повернулся к Лидии, широко улыбаясь. Ответ уже светился в его взоре.

— На все ваша воля, папенька, — потупилась девица и даже не покраснела, чем невероятно удивила Верховского.

— Ну, тогда с Богом, дети мои, с Богом! Даю вам мое родительское благословение!

Что тут началось! Тотчас же явилась икона, которой счастливый отец благословил дочь и ее избранника. Мамаша завыла, родня бросилась поздравлять молодых. Каждый норовил облобызаться с новым знатным родственником. Снова появились подносы, но уже с бокалами и шампанским. Верховский наконец оказался около невесты. Она, раскрасневшись после выпитого вина, жарко прошептала:

— Завтра, часиков в пять, жду вас, мой ненаглядный князь!

Евгения оторопь взяла, такой чувственностью дохнуло от невесты. Верховский готов был хоть в тот же миг с нею уединиться, но приходилось соблюдать условности и приличия.

Княжна, тем временем, изнемогала. За все время визита она вымучила из себя несколько любезностей и иссякла. Она все чаще и чаще бросала жалобные взгляды на племянника. Но мучилась Татьяна Аркадьевна не только от общения с будущей новой родней. Тяжелые тучи ревности нарастали внутри, мрачное предощущение утраты любимой игрушки съедало душу старой девы.

Наконец гости откланялись и сопровождаемые хозяевами до самого экипажа тронулись домой. Всю дорогу Евгений торжествовал и возбужденно жестикулировал. Татьяна Аркадьевна демонстративно куксилась и поджимала губы. Племянник, конечно, давно заметил ее ужимки, но ему не хотелось неприятного разговора после такой удачи. Но так как тетушка продолжала отмалчиваться, что было ей совершенно несвойственно и являлось признаком крайне неблагоприятным, он, наконец, спросил:

— Я не пойму, тетя, вы недовольны выбором? Но ведь вы сами ее нашли! Что повергает вас в такую тоску?

— Мне пришла на ум печальная мысль, мой дорогой, — отвечала княжна по-французски. — Вероятно, кто бы ни была твоя будущая жена, мне тяжело уступить тебя ей. Ты же знаешь, что ты для меня значишь, как я обожаю в тебе все! И твои добродетели, и твои пороки!

В голосе княжны появились опасные истерические нотки.

— Ну, ну, — Евгений поцеловал тетку в лоб. — Ничего не изменится, ровным счетом ничего. Клянусь!

Они выразительно посмотрели друг на друга. В глазах Татьяны Аркадьевны заиграли странные огоньки. Однако, проводив княжну, Евгений не остался дома и поспешил с визитами к приятелям, чтобы самому поведать о выгодном сватовстве.